Пробравшись неторопливо по узким коридорам Штаба, они вышли на шумную улицу. Всего недели две назад здесь повсюду лежали снег и слякоть, но потом городские чародеи договорились наконец действовать совместно и общими усилиями отогнали непогоду от Хейвена, переместив ее центр в океан. Это не вызвало особой радости у купцов, чьи корабли, плывущие мимо, теперь трепали жестокие штормы. Но в Хейвеве их эмоции никого не интересовали. Правда все, на что были способны колдуны, - это выиграть для города несколько дополнительных ясных недель, в лучшем случае- месяц. Когда начнутся настоящие зимние метели и снегопады, останется только закрыть наглухо ставни, развести в печи огонь пожарче и ждать прихода весны. Но сейчас жителей радовали чистое небо и свежий морозный воздух. Было не хуже, чем в обычный осенний день. Хок плотнее завернулся в плащ. Обычно Хок не любил носить плащ, он ему мешал во время боя, но еще меньше он любил мерзнуть. Погода в Нижних Королевствах стояла намного холоднее и суровее, чем на его родине, и он чаще вспоминал лесное королевство именно осенью и зимой, когда разница была особенно заметной. Хок горько усмехнулся, оглядывая обшарпанные здания и грязную улицу. Да, его родина далеко отсюда.

- Ты опять вспоминаешь Лес? - спросила Фишер.

- Да

- Не надо. Мы не можем вернуться назад.

- Сможем. Когда-нибудь. - Фишер посмотрела на него.

- Конечно, - сказала она наконец- "Когда-нибудь" - Они медленно шли по запруженной народом улице, толпа расступалась перед ними, освобождая дорогу. Для такого позднего вечера людей шаталось слишком много, но приближалась зима, и каждый спешил сделать все, что мог успеть, пока не начались метели, заносы и улицы не стали непроходимыми. Хок и Фишер кивали и улыбались знакомым прохожим, направляясь к месту своего дежурства в Северной окраине - самому худшему району города. Там можно продать и купить все что угодно, можно заниматься любым грязным бизнесом, спекуляцией, мошенничеством. Все виды порока, все отвратительные стороны человеческой натуры развивались и процветали на темных, замусоренных улицах Северной окраины. Хок и Фишер, проработав в этом районе пять лет, незаметно для самих себя огрубели и ожесточились. И все же каждый день происходили новые события, шокировавшие их своей жестокостью и цинизмом. Они изо всех сил старались не свыкнуться с этой реальностью.