Однако вместо того, чтобы пользоваться памятью для простого запоминания пережитого опыта и происшедших событий, человеческие существа решили считать, что их опыт — это и есть реальность. И вместо того, чтобы просто отправить этот опыт в память и обращаться к нему по потребности, человек, в чьем физическом или эмоциональном мире произошел некий болезненный инцидент, приписывает ему особую важность: «Нельзя, чтобы этот инцидент повторился, поэтому я его не забуду. Я очень боюсь нового страдания, если это еще раз случится».

Чем больше мы усиливаем некую мыслеформу, твердя себе «нельзя» или «я не должен», тем больше она разрастается, укореняется и в итоге превращается в верование. Как все живущее в материальном плане, верования становятся тем сильнее, чем больше их питают. Верование — это память, которой мы позволяем управлять нами.

Возьмем для примера рождение ребенка в семье, где родители уже перегружены — другими детьми, службой, общественной деятельностью и т. п. Новый человек появляется не в лучший момент, никому, в сущности, нет дела до него. Опыт этого ребенка может развиваться по следующей схеме. Он почувствует себя заброшенным, лишним, его почти не замечают в повседневной сутолоке. Он станет задавать себе вопрос: чем же он так отличается от других?

Если в этот период он придет к выводу, что он действительно лишний, что никто не любит его, потому что ни у кого нет на него времени, то такой вывод (мыслеформа) окажется тем сильнее и устойчивее, чем больше энергии пойдет на его подкрепление. Этот опыт имеет очень большие шансы повторяться и в зрелом возрасте: человек склонен чувствовать себя лишним и нелюбимым, ведь он еще в детстве пришел к этому выводу, поверил в это.