Спасатели придерживаются узких, менее оживленных тропинок и зорко приглядывают за собаками, недавно взятыми из приютов или подобранными на улице; этих собак спасли от смерти, жестокости, предательства, и теперь они проходят курс реабилитации — как физической, так и эмоциональной. Спасатели постоянно разговаривают со своими подопечными, — особенно с теми, кто отличается повышенной нервозностью, — оценивают состояние вновь поступивших, наблюдают, не проявятся ли признаки болезни или других нарушений; они приучают собак к новым кличкам и командам.

Час пик наступает после окончания рабочего дня, и до самой темноты воздух в парке звенит от несмолкающего лая. Собаководы прохаживаются по тропинкам и знакомят своих собак между собой, хотя не обязательно знакомятся при этом сами. Тем не менее, при встречах эта публика дружелюбно обменивается информацией о своих открытиях — озерах, тропинках и рощицах, где можно отпустить собаку побегать. После нескольких визитов в парк собаки начинают приветливее относиться к посторонним, карманы которых до отказа набиты печеньем.

Миллз, словно микрокосм, отражает весь собачий мир Америки: собак становится все больше, а мест, где им можно гулять, все меньше, так же, как и возможностей вступить в контакт с окружающим миром.

Всех собаководов, за исключением новичков, можно считать закаленными ветеранами непрекращающейся войны, ведущейся между любителями собак, «гражданским» населением и местными властями, периодически предпринимающими тщетные попытки потеснить собак и их хозяев или, по крайней мере, сдержать их наступление. В наших мегаполисах все естественные проявления собачьей природы — желание побегать на свободе, пообщаться с себе подобными, поиграть друг с другом в догонялки, проявить свою сексуальность либо вываляться в дурно пахнущих отбросах — считаются незаконными или вызывают неодобрение.