Элиот вошел в раж и заговорил прокурорским тоном. Я внимал его ценным указаниям.

- Всякий, мало-мальски разбирающийся в людской психологии, может наладить контакты, - продолжал он. - Не обязательно рождаться с этим. Я пришел в этот мир, уже имея связи. И ты тоже, хотя и встретил мистера Адамса, хорошо на него поработал и он рекомендовал тебя. Понимаешь? Ты установил контакт, так что мне было у кого навести о тебе справки. Можешь ли ты выполнять эту работу, не подведешь? Вот для чего нужны связи. Это не поможет, если ты сам ничего не стоишь, если ты просто чья-то родня.

Он ухмыльнулся.

- А теперь, когда ты стал политиком, тем более не обойтись без них.

- Да, действительно, - ответил я, и мы на время замолкли, каждый думал об издержках работы окружного прокурора, пока Элиот вдруг не прервал эти размышления.

- Какой же я старый дурак, Марк! - сказал он. Не позволяй мне вешать тебе лапшу на уши. Я же пришел по конкретному делу. - Он подался вперед. - Я пришел помочь тебе.

- В чем?

- Вот. - Он указал на газету, лежавшую на полу рядом с моим столом. Я поднял ее и, не обращая внимания на броский заголовок на первой странице, протянул Элиоту, чтобы тот пояснил, о чем речь.

- Я имею в виду это дело, - ткнул он в заметку, выделенную крупным шрифтом: "Где пропадала Луиза?"

Газетчики подняли шум по поводу истории, которая будоражила город всю предыдущую неделю. Четырехлетняя девочка то ли ушла сама, то ли была украдена из дома и не вернулась к ночи. На второй день поисковые отряды из добровольцев обследовали окрестности, ближайшие леса, канализационные люки, темные, наводящие ужас места близ домов. Надежда обнаружить девочку живой спустя два дня в августе, да еще при такой жаре, сошла на нет. Люди стали больше принюхиваться, чем приглядываться.