Например, ребенок, чтобы сломить твердость родителя, может играть на чувстве привязанности и любви. Что ни говори, очень трудно отказать ребенку, когда он сама любовь и нежность. Порой ребенок может испольвать гнев, если чувствует, что родитель боится ему отказать. Выраженный молчаливо или вслух, детский гнев часто заставляет родителя идти на уступки, только чтобы избавиться от тревоги.

Вообще существует масса способов заставить родителя отказаться от установленного порядка и добиться своего:

bull; Если родитель легко поддается чувству жалости, ребенок может выражать беспомощность.

bull; Если родитель страдает комплексом вины, ребенок может выражать страдание.

bull; Если родитель боится отказа ребенка от обучения, бенок может напустить на себя безразличие.

bull; Если родителя пугает физическая травма ребенка, тот может использовать жестокость.

bull; Если одинокая мать (или отец) горюет о потере супруга, сын или дочь могут угрожать уходом к другому родителю.

Все эти манипуляции чувствами -- не слишком желательные средства для самоутверждения, и родитель должен уметь им противостоять. Эмоциональное вымогатель ство разрушает доверие, отбивает охоту к разумной дискуссии и вызывает негодование. Оно рассчитано на уязвимость и ранимость родителя и, что хуже всего, может исказить восприятие истинных чувств. Когда в очередной раз ребенок, приучивший родителя к своим манипуляциям, разразится настоящими слезами, родитель, вместо того, чтобы посочувствовать, цинично спросит: "Ну ладно, что тебе на этот раз понадобилось?"

Чтобы пресечь подобные манипуляции, одинокий родитель должен сформулировать свои потребности, попра сив, в свою очередь, того нее и от ребенка. Если родители твердо противостоит эмоциональному вымогательству, ребенку становится неинтересно играть в эти игры.