А вот человек, напротив, способен представлять, фантазировать, размышлять, строить предположения, беседы вести с кем-нибудь внутри своей головы («И тогда я ему скажу: «Вы не правы, Иван Иванович!». А он мне ответит: «Нет, я прав, товарищ младший научный сотрудник Иванов!». А я ему…», — ну, и так далее). Доказать наличие некоего подобия таких «внутренних образов» удалось только на человекообразных обезьянах — шимпанзе, гориллах, орангутанах. А так, кроме человека, ни у одного животного подобной «внутренней жизни» нет.

НАУЧНЫЙ ФАКТ: «Гипноз — это тот же сон, но с гипнотизером»

«Активный сон», суть которого открыл нам незабвенный Иван Петрович Павлов, хорошо знаком каждому человеку с самого раннего детства. Что делают родители, чтобы усыпить наконец свое чадо? Они его укачивают, монотонно и заунывно поют ему колыбельные. И все это не случайно, на самом деле так, с помощью подобных изолированных и продолжительных раздражений отдельных мозговых зон (отвечающих за восприятие тела или звука), создается ситуация подавления остальных зон мозга. В этих зонах развиваются процессы торможения, и ребенок засыпает, а сами эти условия становятся для него «условным сигналом» ко сну.

Точно такой же механизм, как и действие обычной колыбельной, использует в своей практике гипнотизер. Он погружает человека в своеобразный сон с помощью монотонного и продолжительного по времени раздражителя (например, каких-то «пассов», тиканья часов, повтора одних и тех же слов: «Ваши веки тяжелеют…» и т. п.). На определенной стадии этого процесса гипнотизируемый начинает засыпать, т. е. терять над собой контроль, но еще продолжает слышать то, что ему говорит гипнотизер. Вот, собственно, в этом и состоит весь фокус.

Во время гипноза человек погружается в состояние транса, у него утрачивается критика к происходящему, сужается восприятие реальности, а роль лидера (т. е., по сути, роль его сознания) берет на себя гипнотизер. Далее, находясь в этой главенствующей роли,