Она приложила много активных, целеустремленных усилий, чтобы обрести желаемое, и ее окружение нашло вдовца, мужчину старше ее, хорошего человека, она вышла за него замуж и очень быстро родила первого своего ребенка. Не Толика, а первого ребенка, и этот первенец был очень слабенький, хотя отец его отнюдь не был алкоголиком. В годы войны и на фронте он регулярно отдавал другим свои сталинские "наркомовские сто грамм", так как знал о своей предрасположенности к гастриту. И тем не менее его первенец родился, повторяю, слабеньким и впоследствии своим развитием, мягко говоря, не блистал. Почему?

Чтобы ответить на этот вопрос, мы должны обратиться к совершенно уникальным резервам нашего здоровья, которые до сих пор находятся в недобрых, к сожалению, руках Минздрава. Его мать как роженица была уже немолодой, и, образно говоря, ворота в мир, через которые выходил первенец, были очень узкими и неэластичными. Головка первенца при родах была повреждена, ничего для ее сохранения предпринято не было, а матери об этом ничего не сказали ни после родов, ни когда-либо потом. А между тем пренебрежение к этому вопросу наносит обществу урон столь колоссальный, что по потерям интеллектуального потенциала он вполне сопоставим с совокупным интеллектом всех без исключения наших НИИ как академических, так и отраслевых. На этом как бы малозначительном аспекте появления человека на свет мы теряем едва ли не половину своего будущего совместного национального разума. Вот тебе и частность!.. Возникает вопрос: может быть, значительно рациональней было бы в государственных масштабах вкладывать больше денег именно сюда, чем на создание НИИ и других мыслительных заведений, в которые поступают трудиться люди с заведомо усеченными возможностями интеллектуальной отдачи? В тех странах, где значение данной проблемы заведующими медицинскими кафедрами и профессорами уже осознано, ребенку всеми доступными способами помогают выйти в мир так, чтобы не был затронут ни его головной мозг, ни другие важные органы.