Их мнению, Природа, конструируя преломляющие устройства для глаз человека, допустила серьезный просчет. Она, считают офтальмологи, не предполагала, что человек придумает крохотные крючочки и закорючки, назовет их буквами и знаками препинания и станет с их помощью обмениваться информацией. Ради этого, поучают они нас, человеку пришлось сделаться достаточно близоруким, чтобы иметь возможность разбираться в своих же каракулях. Вот здесь якобы и начались наши неприятности.

С возрастом, говорят нам, хрусталик делается менее эластичным, уплощается он еще хорошо, но зато теряет способность увеличивать свою кривизну, в результате чего к старости человек становится дальнозорким, и тогда при чтении, письме или какой-либо ручной работе он вынужден прибегать к очкам.

Короче говоря, ученые-теоретики считают себя мудрее и дальновиднее самой Природы, создавшей столько чудес вокруг, к числу которых принадлежат и сами эти теоретики, явно неспособные хотя бы отдаленно приблизиться к творческой силе и предусмотрительности столь самонадеянно критикуемой ими Природы.

Да, действительно, эволюция глаза вроде бы завершилась задолго до появления школ, печатных изданий, электрического освещения, кино и телевидения. До этого, однако, он идеально служил потребностям человека. Мужчина в те далекие времена был охотником, пастухом, земледельцем или воином. Нам говорят, что он нуждался главным образом в зрении вдаль. А поскольку глаз в покое приспособлен именно для зрения вдаль (отголоски все той же теории о расслаблении кольцевой мышцы и уплощении хрусталика), то полагается, . что процесс зрения является столь же пассивным процессом, как и восприятие звука, не требующее никакого мышечного усилия. Считается, что зрение вблизи было скорее исключением, на которое требовалось приложение мышечных усилий настолько малой продолжительности, что зрительный процесс в этом случае мог осуществляться без какой-либо ощутимой нагрузки на механизм аккомодации.