Лена снова расплакалась. Леся принялась ее утешать, а Кира попыталась внести ясность. Пока что ситуация казалась ей весьма туманной и расплывчатой.

– У твоего мужа сохранился экземпляр договора, который он заключал с этим Лаврушкиным?

– Договор? Кажется… нет… не знаю!

– Муж тебе его не показывал?

– Он только сказал, что получил аванс. И что господин Лаврушкин потребовал с него расписку в получении денег.

– И твой муж дал?

– Да.

– И прописал, что деньги – не просто деньги, а аванс за работу?

– Ну, не знаю. Наверное.

– Расписка где?

– Не знаю. Наверное, у этого… Лаврушкина. – И, увидев лица подруг, удивилась: – А что? По-моему, все справедливо. Пете деньги, Лаврушкину расписка.

Похоже, Лена была на редкость оторванным от реального мира существом. Едва ли не больше, чем ее муж, который взял деньги, но не потрудился даже оформить сделку.

– Как ты не понимаешь! Если Лаврушкин пропал с концами, а расписка осталась у его наследников, то они начнут требовать деньги с твоего мужа или… или с тебя, если твой муж тоже пропал.

– У меня никто еще никаких денег не требовал! – испугалась Лена. – Ой, а что? Действительно могут?

Нет, ситуация настоятельно требовала прояснения. И начинать следовало от печки. То есть в данном случае от личности таинственного заказчика.

– Что тебе известно про этого господина Лаврушкина? Телефон? Домашний адрес? Место работы?

На все эти вопросы Леночка методично трясла головой. Нет, муж ни о чем таком не упоминал. А сама она выяснять не стала.

– Но я знаю, что Лаврушкин – это псевдоним! – воскликнула она внезапно.

– Что?

– Какой еще псевдоним?

– Он взял себе эту фамилию, представляясь мужу. Но Петя говорил, что за ней скрывается другой человек.