Вот так «друг детства» Бенезеша попал на матч «Тулуза» — «Лилль», матч двух самых знаменитых французских команд. Он держался с большим достоинством, говорил мало, с многозначительными недомолвками, столь характерными для официальных бесед.
— «Тулуза» — совсем недурно… Да, но «Лилль» есть «Лилль»… Обратите внимание, что «Тулуза»… О, когда «Лилль» в ударе… А! Если бы «Тулуза»…
По окончании встречи «высокопоставленный гость» выразил свое почтение господам из федерации и скромно удалился.
Эта проделка была шедевром среди многих подобных, достойных великого выдумщика Габи Бенезеша.
«ГОЛОВОЙ, САМ ТОГО НЕ ВЕДАЯ…»
Вечерние издания вышли уже с огромными заголовками «Убийца книготорговца задержан». В Кориентасе, там, где бьется сердце Буэнос-Айреса, газеты брались нарасхват.
По фотографии обвиняемого ничего нельзя было понять. Ему было лет двадцать. Крупный, сильный, он казался человеком вполне уравновешенным.
— Невероятно, — раздавались голоса. — Этот парень производит впечатление молодого человека из хорошей семьи. Он внушает полное доверие. И однако…
Однако самые тяжкие улики говорили против него. Он был задержан утром в университетской столовой, где завтракал вместе с товарищами.
— Вы Хуан Монтеро?
— Да, я.
— Полиция! Следуйте за нами.
— Но я не понимаю…
— Не затевайте скандала. Так будет лучше для вас и для нас.
Внезапный классический арест, наполнивший холодком этот зал, где только что царило веселое оживление.
— Не волнуйтесь, наверняка это ошибка, — сказал один из студентов. — Из всех нас Хуан самый славный и самый порядочный. Через час его отпустят, да еще с извинениями.