Мое дело — это «Барнегат Букс», букинистическая лавка на Восточной Одиннадцатой улице между Университетской площадью и Бродвеем. «Паддингтон» в четырнадцати кварталах к северу от моей лавки, а на Манхэттене на милю приходится двадцать кварталов, если смотреть с севера на юг, так что на досуге можете заняться математикой. Я хотел открыться в два, как обещала табличка на моей двери, но плюс-минус пара минут значения не имеют, к тому же день выдался слишком хорошим для машины или подземки. Приехал я в отель на такси, с чемоданом в багажнике, но обратно можно было дойти пешком, что я и сделал.

Я пересек Мэдисон-сквер, отдав дань уважения статуе Честера Алана Артура, двадцать первого президента Соединенных Штатов и человека с еще большим количеством простых имен, чем у Джеффри Питерса. Дальше я пошел по Бродвею, пытаясь припомнить что-нибудь про Честера Алана Артура, а когда открыл лавку и выставил на тротуар столик с книжками («на ваш выбор — три книги за 5 долларов»), принялся рыться в своих запасниках, пока не нашел «Жизнь президентов» Уильяма Фортескью. Она была опубликована в 1925-м, заканчивалась всего лишь на Уоррене Гамалиеле Гардинге (одно имя, одна фамилия и в середине нечто непонятное). Книга явно предназначалась подростковой аудитории, хотя мне и трудно представить большое количество подростков, которые поспешат выключить телевизор и выяснить, что сказал Фортескью о Франклине Пирсе и Резерфорде Бёрчарде Хейсе (который, как вы заметили, мог похвастаться необычным вторым именем).