— Может, у них в аппаратах нет пленки?

— Что вы, мистер Питерс! — воскликнул он. — Ну вы и скажете!

Он просто не знал, с кем имеет дело.

С медведем или без оного, но 415-й номер отнюдь не выглядел на 155 долларов за ночь плюс налоги. Потертый красно-коричневый ковер, подзеркальник с черными следами от сигарет, единственное окно, выходящее на вентиляционную шахту. И, как тут же заметил бы любой член Клуба монашеского братства, комната настолько мала, что за новой мыслью пришлось бы выходить в коридор.

Но ничего другого я и не ожидал. «Паддингтон» — просто находка для его постоянных обитателей, которые за просторные апартаменты со спальней платят в месяц меньше, чем временные постояльцы за недельное пребывание в номере, подобном моему. Полагаю, это своего рода компромисс: с временных постояльцев берут наценку за возможность приобщиться к художническо-писательско-музыкантской славе отеля, субсидируя тем самым творцов, которые живут здесь круглый год и обеспечивают эту самую славу.

Не вполне ясно, как вписывается в это уравнение паренек в мягкой синей шляпе. Этот очаровательный нюанс, или изыск, если угодно, безусловно имеет определенный рыночный смысл. Он придает отелю человеческую (согласен, медвежью) индивидуальность и в то же время гарантирует небольшой доход. Если половина гостей берет медведей и половина из них в итоге не может с ними расстаться и если медведей продают со скромной пятидесятипроцентной наценкой, то этого вполне хватает для оплаты годовых счетов за электричество или, по крайней мере, большей их части. Во всяком случае, достаточно для обеспечения рентабельности всего предприятия.