По дороге к морю останавливались на три дня в Котовске. Посетили музей легендарного комбрига Григория Ивановича Котовского. А вечером на футбольном поле встретились со сборной города. Почему я вспомнил об этом матче? Дело в том, что в «Локомотиве» я в ту пору играл на месте полусреднего нападающего, или, как тогда говорили, инсайда. В общем-то мне эта роль нравилась, но все же очень хотелось попробовать себя на острие атаки, в центре нападения. Как ни верти, а центрфорвард в команде – фигура архиважная. Словом, уговорил я Рудя доверить мне этот пост, и после матча тренер дал мне понять, что игрой моей удовлетворен. Мы победили со счетом 4:2, причем три гола забил я.

С той поры я стал играть центральным нападающим. Много забивал, и на меня обратили внимание тренеры других клубов, в частности, М. В. Чуркин из московского «Динамо», предложивший перейти к нему. Предложение было лестным, и я решил посоветоваться с отцом: нельзя же, в самом деле, без него принимать столь важное решение. Слова остались в памяти на всю долгую футбольную жизнь, став неким нравственным мерилом. А сказал он вот что: «Сыну железнодорожников нужно играть в клубе, вырастившем его. Не к лицу подводить товарищей».

Я остался в «Локомотиве», и многочисленные предложения о переходе в другие знаменитые в ту пору клубы всегда оценивал отцовской меркой. Только раз за семнадцать лет занятий футболом я сменил Цвета клуба. Но тот переход не был побегом из «Локомотива», своей команды, от товарищей. И потому я уходил с чистой совестью. Уходил служить в армию, твердо намереваясь со временем вернуться в свой коллектив. Судьбе же было угодно распорядиться иначе, и никто из друзей и тренеров не осудил меня, когда я надел алую футболку ЦДКА. Все понимали: отказаться от предложения выступать за одну из сильнейших в стране команд мастеров, причем рядом с такими выдающимися футболистами, какими были Григорий Федотов, Сергей Капелькин, Константин Лясковский, Алексей Гринин, я был просто не в состоянии.