Артурчик тяжело встает, затем лезет во внутренний карман пиджака достает студийную кассету.

АРТУРЧИК. Да мам, с днем рождения тебя… (неуклюже обнимает Сафрыгину и целует ее в щеку, протягивает кассету)

САФРЫГИНА (берет кассету, вытирает слезы). Спасибо сынок, не забыл…

АРТУРЧИК. Ну, все бегу… (протягивает кулак) Все чики-пики…

САФРЫГИНА (ударяет его кулак своим сухеньким кулачком) Все хай фай!

Артурчик выходит из комнаты. Сафрыгина садится на кровать, целует кассету и прячет ее в тумбочку. Поворачивается к портрету Мэнсона.

САФРЫГИНА. Видал, какого сына вырастила, раз и навсегда…

Входят остальные обитатели комнаты, рассаживаются по своим кроватям. Некоторое время молчат.

ПРИЩЕПА (смотрит на часы). Пол-второго… учим роли…

Все, кроме Прищепы берут свои листки, читают. С тележкой полной тарелок входит Валера. Ставит тарелки на стол. Прищепа встает и выходит из комнаты. Кузьмин подходит к Валере .

КУЗЬМИН (трогая Валеру за рукав). Валер…

ВАЛЕРА. Ну?

КУЗЬМИН. Ты чего с отцом так? Он же переживает, места себе не находит…

КИРИЧЕНКО. А то и правда Валерушка…

ВАЛЕРА. А вы не суйтесь не в свое дело и все нормально будет.

САФРЫГИНА. Вот она кровь родная…

ВАЛЕРА (нервно). А что вызнаете о нем? Это он сейчас такой благостный… а я… я ведь все помню! Он матери всю жизнь поломал… постоянно студентки эти, как же «светило» блядь! Вечно пьяный, в помаде… Дома шаром покати, а он с банкета на банкет, за десять лет ни одной статьи…

КУЗЬМИН (устало). В общем Валер, если ты его хоть раз еще ударишь, мы на тебя управу найдем. Это я тебе как юрист говорю, у меня связи еще остались…

Валера поворачивается и ни слова ни говоря выходит из комнаты.

КИРИЧЕНКО. Тележку забыл…

КУЗЬМИН. Я откачу.

Кузьмин берет тележку и выкатывает ее в коридор.