ВАСИЛИЙ. Вижу. Без тебя окружающее было бы не столь совершенным. (Тишину вдруг нарушает голос кукушки.

ЮЛИЯ. Посчитаем, сколько нам жить? Один, два, три, четыре…(Кукушка неожиданно замолкла). Как мало!

ВАСИЛИЙ (Обнимает её). Веришь в эту ерунду? Кому Господь, сколько отмерит.

ЮЛИЯ. Я верю в судьбу и приметы.

ВАСИЛИЙ. Церковь отвергает. Господь распоряжается нашими жизнями. Без Его ведома, должна знать, волос с головы не упадет. Приметы — остатки язычества.

ЮЛИЯ. Знаю, и все равно верю в приметы. Со мной они сбываются. (Василий целует её, и вдруг они падают с бревна, валятся на траву, смеются. Первой поднимается Юлия, отряхивается). Посмотри, на спине не осталось сухой травы или еще чего? Недоставало, чтобы студенты увидели, немолодая профессор валялась на траве. (Василий снова валит её, она вырывается, они борются и, обнявшись, катаются по траве, наконец, успокаиваются, лежа на спине, смотрят в небо). Какая яркая бездонная голубизна! Ни один художник не в силах передать эту бездонность. Может, и правда, где-то там, в вышине, есть царство небесное? За одно обещание вечной жизни там, стоит поверить. Без ропота переносить все тяготы земной жизни.

ВАСИЛИЙ. Не всем Господь обещает жизнь на небесах. Праведникам одним.

ЮЛИЯ. (Приподнимается). Мы с тобой праведники?

ВАСИЛИЙ. Вряд ли. Не знаю.

ЮЛИЯ. Как не знаешь! Отец Василий, скажите определенно, нам уготовано место там, в вышине, в райском саду, среди этой голубизны?

ВАСИЛИЙ. Приготовлено. Сомневаюсь, в раю ли?

ЮЛИЯ. Ну, тебя! Помечтать не даешь. (Поднимает Василия). Вставай, увидит еще кто!

ВАСИЛИЙ (поднимаясь). Пусть видят. Я сегодня три десятка сбросил.

ЮЛИЯ. И я вернулась в юность. (Встав на ноги, и отряхнувшись). Отряхни сзади. (Василий отряхивает её, игриво ударяя по попе). Ты что? Больно ведь!.. Мы будем ловить рыбу сегодня?

ВАСИЛИЙ. Очень хочешь?