Марплей-младший. «Ликуй, душа, и в жилах, кровь, кипи!» Вот это прекрасно! Даже мне не удавалось написать лучше. Только знаете…
Лаклесс.
На этом заканчивается первый акт, и, мне думается, такого еще не видела наша сцена.
Марплей-младший. Надеюсь, и не увидит,
Марплей-старший. Давайте, сударь, вернемся к строчке! «И рядом с ним Фалернское вино…» Объясните мне, сударь, что это за вино? Я никогда про него не слышал. Я бываю в лучших домах столицы, и, водись на свете такое вино, я бы непременно его попробовал. Токай я пил, пил Лакримэ, а про Фалернское и слыхом не слыхивал, черт возьми!
Марплей-младший. По-моему, это из того винограда, папенька, что растет на вершине Парнаса.
Лаклесс. Неужели, мой дражайший знаток?! Тогда вы, конечно, уж никак не могли его пробовать.
Марплей-старший. А может, мы лучше скажем так:
Лаклесс. Сударь, я эту поправку не приму.
Марплей-старший. Тогда мы не поставим вашу пьесу. В таком виде она не пойдет, сударь, и не старайтесь!
Лаклесс. Но объясните, в чем порок моей пьесы!
Марплей-младший. В ней нет ничего, что меня бы растрогало или вызвало бы мое восхищение.
Лаклесс. Тогда поищите такую, которая будет вызывать ваше восхищение. Прощайте! (Уходит.)
Марплей-старший и Марплей-младший.
Марплей-старший. Ха-ха-ха!
Марплей-младший. Каково ваше мнение о пьесе?
Марплей-старший. Насколько я понимаю, могла получиться стоящая вещь. Но я твердо решил: коли город не хочет моих шедевров, он и чужих не получит. Пусть сидит на прежней диете.