Узоры все в их тонкой красоте, Досужие нирваны, умозренья, Я лил их из порожнего в пустое, Я мог творить их, как тебе известно, Но мог бы точно так же не творить.

ГАВРИИЛ

Свихнуться можно. — Этот мир, Господь, Намного лучше прежних получился.

БОГ

Намного лучше? Говорю тебе Впервые с полным правом: это нечто. Ничто, хотя бы полное идей, Останется ничем. Лишь с той поры, Как я решил из темного запаса — Из хаоса — материю извлечь, Преодолеть ее тупую тяжесть, Великое упрямство превозмочь И — только словом — вознести ее До цели творческого созиданья, Я чувствую создателем себя.

ГАВРИИЛ

Как просто, Господи.

БОГ

Не так-то просто. Хотя мне всё равно легко дается — Ведь в этом заключается всесилье? — Но этот мир… Нет, я не говорю, Что он мне стоил напряженья сил, Но все-таки он стоил мне улыбки. Теперь, чем он бы ни был, он хорош.

ГАВРИИЛ

Вы превзошли себя, будь то возможно.

БОГ

Заметно, да? Красивый кругозор.

ГАВРИИЛ

Да где же круг? Похоже на яйцо. И что там ухает то верх, то вниз По сплющенным орбитам?

БОГ

Там планеты. Они кружатся.

ГАВРИИЛ

Где же тут круги? Они яйцатся, чтобы мне пропасть!

БОГ

А здесь вот, в середине…

ГАВРИИЛ

Середина?