Ангел. Моя дорогая Курруби, наступает исторический момент. Ты узнаешь своего мужа, беднейшего и ничтожнейшего из нищих.

Курруби. Как же я его узнаю, мой ангел?

Ангел. Очень просто, дитя мое. Тот, кто проиграет этот поединок, и есть самый ничтожный из людей. (С гордостью тычет себя пальцем в лоб.)

Акки. Вон через Вавилон идут двое рабочих – три часа пути на пустой желудок, чтобы отработать свою утреннюю смену на обжиге кирпича. Я уступаю тебе право начать, нищий из Ниневии.

 Слева входят двое рабочих.

Навуходоносор (жалобно). Подайте, почтенные рабочие, подайте своему товарищу, который в Нево на шахте стал инвалидом.

Первый рабочий. Ишь ты – «Почтенные рабочие»? Болтун.

Второй рабочий. В Нево платят на десять медяков больше в неделю, чем нам. Пусть сами заботятся о своих инвалидах.

Первый рабочий. Особенно теперь, когда на правительственные здания идет гранит вместо кирпича.

Второй рабочий. Ведь эти здания рассчитаны на вечность.

Акки. А ну-ка, гоните по медяку, подлые души! Хотите за серебряную монету в неделю живот набивать? А вот я высоко ставлю рабочую честь и не желаю, чтобы меня эксплуатировали. Уж лучше попрошайничать и голодать! Либо гоните хозяина кирпичного завода ко всем чертям, либо гоните мне каждый по медяку.

Второй рабочий. Да разве я одни могу совершить революцию?

Первый рабочий. А у меня семья...

Акки. Будто я не многосемейный? В каждом переулке бегают мои родичи. Гоните медяки, не то потонете в рабстве, как во всемирном потопе. Разве это дело, чтобы я – главный рабочий человек в Вавилоне, голодал?