В мученьях казни горестной, ни ты: Других ищи союзников безумью!

Уходит.

Корифей Его шаги торопит гнев, владыка — Советник лютый в юных дней пылу. Креонт Что ж, в добрый час! Пускай в своей гордыне И дерзости себя хоть богом мнит: Их он и этим не спасет от казни. Корифей 770 «Их», ты сказал? Ужель казнишь обеих? Креонт Ты прав: лишь ту, что прикоснулась к трупу. Корифей Какую ж ей ты приготовил казнь? Креонт За городом, в пустыне нелюдимой, Врыт в землю склеп; Туда живую заключу, немного Ей пищи дав — так, как обряд велит, Чтоб города не запятнать убийством, Пусть там Аиду молится — его ведь Она считает богом одного! Быть может, он спасет ее от смерти. А не спасет — на опыте узнает, 780 Что почитать подземных — праздный труд.

Уходит во дворец.

Стасим Третий

Хор Строфа Эрот, твой стяг Эрот, ловец лучших добыч, Ты и смертному сердце жжешь С нежных щек миловидной девы. Подводный мир чует твой лет; в чаще лесной гость ты; Вся бессмертная рать воле твоей служит; Всех покорил людей ты — 790 И, покорив, безумишь. Антистрофа Тобой не раз праведный ум В неправды сеть был вовлечен; Ты и ныне лихую рознь В эти души вселил родные. Преграды снес негой любви взор молодой девы — Той любви, что в кругу высших держав судит.