Леня. Черт знает какая сила воли у этого человека!

Вика (рассеянно). У какого человека?

Леня. Про которого я читаю.

Вика. А кто он?

Леня. Аболиционист.

Вика. А что это такое? Я что-то не помню.

Леня (скороговоркой). Аболиционисты сражались за свободу негров в Америке. Север против Юга.

Вика (заинтересованно). Ну и что?

Леня. «Что, что»! Не мешай! Я дочитываю.

Вика. Сам мешает мне делать уроки, и я же виновата.

Леня (жалобно). Да молчи ты! Тебя только затронь, так рад не будешь. Самое интересное место!

Вика (погружаясь в занятия, бормочет про себя). «После двухдневных боев белые не выдержали натиска и отступили к Хабаровску. В октябре был взят последний оплот белых…»

Леня (закрывая ухо подушкой, читает. Потом вскакивает как ужаленный и захлопывает книгу). Вот гады! Повесили все-таки!

Вика (испуганно). Кого?

Леня. Да Джона Брауна! Но молодец старик, как держался! Ах, как держался!

Вика. Так бы и сказал, что про Джона Брауна, а то «аболиционисты, аболиционисты»… И вообще не мешай мне.

Леня. Да брось ты писать! Послушай, сколько лет борьба идет, какие люди погибают, а негров там и сейчас преследуют.

Вика. Это не причина мешать мне делать уроки.

Леня. Расовая дискриминация! Какие слова! А в переводе на американский язык — это суд Линча!

Вика. Сам выучит уроки и ораторствует на весь дом. Кстати, американского языка нет.