Бизнесмен(показывает большой палец): Во!

Учительница: А мне вот табуретик ваш приглянулся. Уютный такой, домашний, и тоже лесом пахнет… Чуть-чуть. Он бы так гармонировал с моим книжным шкафчиком. (Робко садится на краюшек табурета, он вызывающе скрипит, она испуганно вскакивает).

Бизнесмен: Но-но! Не ломайте раритет! Он покудава не ваш! (Сам вместе с троном пододвигается к девушке, целует ей руку.) В вашей изящной сумочке, надеюсь, не рукавица деревенского ямщика? Некрасова читали-с? Столь изысканной ручке она бы точно не подошла. (Берет из ее рук тоненькие перчатки и благоговейно вдыхает их аромат).

Девушка: Нет, у меня все гораздо проще. Там совсем другая вещица. И с моей столь изысканной ручкой она вполне гармонирует. А Некрасова я проходила по школьной программе.

Бизнесмен: Так я и думал! Нам Некрасовы не подходят! (Смеется) Мы же не ямщики! Наверняка у вас браслетик какой-нибудь фрейлины при царском дворе. А может и самой царицы! Я вас так и вижу, прекрасная незнакомка! В белом воздушном платье и атласных башмачках! Вы легко взмахиваете тоненькой ручонкой, и браслетик переливается всеми цветами радуги!

Девушка: А вы поэт.

Бизнесмен(смущаясь): Ну не совсем. Зато у меня есть табурет от поэта. Он сиживал на нем и чиркал свои стишата.

Эмансипатка: На табурете творить неудобно. Скорее он на нем кушал. Или пил.

Учительница: Для настоящей поэзии удобства необязательны. Напротив, порой они только мешают. Нужно гораздо большее.

Бизнесмен: Реклама, что ли?

Эмансипатка: А вы правы, реклама не помешает. Хотя еще нужен такой пустячок, как талант.

Девушка: И еще такой пустячок, как сердце (стучит по груди). Хотя реклама не помешает.