Ольга, 43 года

Рита, 15 лет

Лена, 32 года

Галя, 30 лет

Действие происходит в родильном доме.

Больничная палата. Крашеные жёлтые стены. Огромное окно. У окна стол. Четыре кровати. Тумбочки, стулья.

В палате две женщины. Одна сидит на кровати, смотрит в окно. Другая сидит за столом, перебирает какие-то бумаги. Входит третья. В руках пакеты. Смотрит на кровати, садится на свободную.

Пауза.

ЛЕНА. Нехорошее это место. Перед тобой две здесь лежали. Кое-как родили, и дети с уродливыми отклонениями. Тфу-тфу-тфу, не дай бог. У одной ребёнок родился со сросшимися пальцами, говорят, ломать надо, потом заново складывать — и в гипс. А у другой с двумя головами родился, одна побольше, другая поменьше.

Пауза. Ольга встала, стала раскладывать вещи. Достала пряжу и полусвязанную детскую кофточку.

ЛЕНА. Говорю, примета это плохая. Сглазил кто-то это место. Я бы ни за что не легла.

ГАЛЯ. Ну, зачем вы так. Кровать это ещё ничего не значит…

ЛЕНА. Это у кого здоровье лошадиное, тому ничего не значит. У меня пятый будет, и я во всё верю. Особенно когда с пузом. Каждый так и норовит сглазить да накаркать. Я вот три раза на сохранении за этот год лежала. Сглазил кто-то. Такого здесь навидалась, наслушалась про уродства разные. Как вспомню — внутри так всё заколотится, и он (трогает живот) начинает под рёбра пинать. Слава богу, на моём месте никто таких, как у неё, не рожал.

ГОЛОС ИЗ ОКНА. Двести третья! Уткина!

ЛЕНА (выглядывает в окно). Иду, иду!.. (Выходит.)