Заходит Рита, девушка лет пятнадцати.

РИТА. Есть будете?.. (Берёт у двери тарелки, ставит на стол.)

ОЛЬГА (Гале). Лежи, я возьму.

РИТА (в открытую дверь). Ещё рыбу!..

ГОЛОС. Одной не положено!

РИТА. Да подавись ты своей рыбой, швабра…

ГАЛЯ. Кому не положено?

РИТА. Кого нет, тому и не положено. (Едят.) Вы не дёргайтесь. Здесь ко всему привыкаешь. Тут к нам, как к скотам. Мол, сами виноваты, залетели, вот и мучайтесь. Здесь же одни мужики работают. Один, хрыч, вчера так живот надавил, до сих пор болит. Сволочи, им этого никогда не почувствовать. Да вы знаете сами, не первый раз рожаете.

ГАЛЯ. Я — первый. (Ольге.) А вы?

ОЛЬГА. И я первый.

РИТА (ухмыльнулась). Я думала, в ваши годы уже не рожают. Климакс.

ОЛЬГА. Это в твои ещё не рожают.

РИТА. А я и не собиралась. В моём возрасте одни дуры рожают. Ещё с моими-то данными. Я же до того, как залететь, в модельном агентстве работала. (Пауза.) Ну, почти работала. Туда-сюда на выезды. Крутые бизнесмены на мерсах. Они нас всё на бизнес-ланчи да на коктейли заказывали. А надо-то всего — пройтись туда-сюда с подносами, улыбнуться. Вроде как лицо фирмы. А мне чо, трудно, ещё и выпить, пожрать дадут. Потом поняла, что им тут лишь бы затусоваться под видом фирмы да на нас попялиться, а дела побоку. Некоторых девок даже на вечер приглашали. Меня частенько. Я сначала не хотела, боялась. Да и старые они все. А потом согласилась. А что старые, это даже хорошо. Им же уже ничего такого не надо. Так только, для вида. Ресторан, девчонка, все дела… Шикарной женщиной себя чувствуешь. (Ставит тарелку в тарелку.) А потом прикинешься дурочкой: «Спасибо за вечер, меня мама дома ждёт». Повезёт — так до дому докатит.

ГАЛЯ. За это ещё деньги платили?