Люси (в ужасе). Ты ему сказал, что у тебя уже есть эти деньги!

Людовик. А что я должен был сказать? Пропадать так пропадать!

Люси. А если твоего друга Марешаля это не заинтересует?

Людовик. Его?! Упустить возможность на ходу положить в карман три или четыре миллиона! Зная его, я был бы поражен. Он как гончая собака. Сейчас он принюхивается: «Ага, Люси Мерикур получает крупное наследство… Самое время содрать с нее все что возможно!» Он же знает, что я загнан в тупик. Теоретически я должен был бы давно позвонить. Он смотрит на часы: «Уже двенадцать! А Людовик до сих пор не звонит! Он же знает, что я в состоянии одолжить ему эту сумму, и потому вот уже три месяца бегает за мной! Возможно, я слишком его третировал, он на меня злится… И вполне способен обратиться к кому-нибудь другому». Не выдерживая больше, Марешаль решает позвонить мне и выразить свое соболезнование… Автомат дает ему здешний телефон… Он его набирает…

Звонит телефон. Вошедшая в комнату Луиза снимает трубку.

Луиза (Людовику). Это вас, мсье Мерикур.

Людовик. Мсье Марешаль?

Луиза. Нет, не Марешаль. Это из церкви Сен-Жермен де Пре.

(Уходит.)

Людовик. Алло! Большое спасибо… Да, это хорошая новость… Точно… в четыре часа, конечно, мы все будем здесь… Еще раз благодарю. (Кладет трубку.) Это служитель… Он подтверждает время заупокойной службы в понедельник. Это было не так легко устроить.

Звонит телефон.

(Машинально снимает трубку и подскакивает от изумления.) Алло!.. Кто это?… Ах это ты, ты! (К Люси.) Это Марешаль! (В трубку.) Удивлен? Совсем нет, мы как раз говорили о тебе, куда ты исчез?… Дела?… А, Рим, Япония?… Понимаю… (Меняя тон.) Да, старина… сегодня ночью, скоропостижно… Мы все в таком состоянии!..