Слышен крик.

Чума задави этих горлодеров! Они заглушают и бурю, и Капитанский свисток!

Возвращаются Себастьян, Антонио и Гонзало.

Опять вы тут? Чего вам надо? Что же, бросить все из-за вас и идти на дно? Вам охота утонуть, что ли?

Язва тебе в глотку, проклятый горлан! Нечестивый безжалостный пес — вот ты кто!

Ах так? Ну и работайте тогда сами!

Подлый трус! Мы меньше боимся утонуть, чем ты, грязный ублюдок, наглая ты скотина!

Он-то уж не потонет, если б даже наш корабль был не прочней ореховой скорлупы, а течь в нем было бы так же трудно заткнуть, как глотку болтливой бабы.

Держи круче к ветру! Круче! Ставь грот и фок! Держи в открытое море! Прочь от берега!

Вбегают промокшие матросы.

Мы погибли! Молитесь! Погибли!

(Уходят.)

Неужто нам придется рыб кормить?

Король и принц мольбы возносят к богу.

Наш долг быть рядом с ними.

Я взбешен.

Нас погубила эта шайка пьяниц!..

Горластый пес! О, если б утонул

Ты десять раз подряд, избитый морем!

Нет, поручусь, — он виселицей кончит,

Хотя бы все моря и океаны

Уговорились потопить его!

(внутри корабля)

Спасите!.. Тонем! Тонем!.. Прощайте, жена и дети! Брат, прощай!.. Тонем! Тонем! Тонем!..

Погибнем рядом с королем!

Все, кроме Гонзало, уходят.

Я бы променял сейчас все моря и океаны на один акр бесплодной земли — самой негодной пустоши, заросшей вереском или дроком. Да свершится воля господня! Но все-таки я бы предпочел умереть сухой смертью!