Э. – Давайте. Садитесь пожалуйста, сударь.

П. – Нет-нет, не стоит. (Пауза. Тихо.) Понастойчивей.

Э. – Да ну же, зачем вам стоять, вы можете простудиться.

П. – Вы так думаете?

Э. – Абсолютно точно.

П. – Пожалуй, вы правы. (Садится.) Спасибо, дорогой. Ну вот я опять сижу. (Эстрагон садится. Поццо смотрит на часы.) Но мне пора идти, если я не хочу опоздать.

В. – Время остановилось.

П. – (приложив часы к уху) Не думайте этого, сударь, не думайте. (Кладет часы в карман.) Всё, что хотите, только не это.

Э. – (Поццо.) Ему всё сегодня предстаёт в чёрном свете.

П. – Кроме неба. (Смеётся, довольный удачной шуткой.) Спокойствие, всё придет. Я вижу, в чём дело. Вы не здешние, вы ещё не знаете, какие у нас сумерки. Хотите, я вам расскажу? (Молчание. Эстрагон и Владимир рассматривают один – шляпу, другой – башмак. Лакки роняет шляпу и не замечает этого.) Мне хочется доставить вам удовольствие. (Манипуляции с пульверизатором.) Прошу немного внимания. (Эстрагон и Владимир продолжают заниматься своим делом. Лакки наполовину спит. Поццо щёлкает кнутом, который почему-то издаёт очень слабый звук.) Что случилось с этим кнутом? (Поднимается и снова щёлкает кнутом, на этот раз успешно. Лакки вздрагивает. Из рук Эстрагона и Владимира падают башмак и шляпа. Поццо бросает кнут.) Этот кнут никуда больше не годиться. (смотрит на обоих слушателей.) О чём я говорил?

В. – Уйдём.

Э. – Не стойте так, а то подцепите простуду.

П. – Правда. (Садится. Эстрагону.) Как вас звать?

Э. – (без паузы) Катулл.

П. – (не слыша) Ах да, ночь.