В. – Что мы вчера делали?

Э. – Да.

В. – Честное слово… (Разозлясь.) Ты все всегда ставишь под сомнение.

Э. – Мне кажется, что мы были здесь.

В. – (Оглядываясь вокруг себя.) Тебе знакомо это место?

Э. – Я этого не говорил.

В. – Тогда что?

Э. – Не в этом дело.

В. – И все же… Это дерево… (Поворачиваясь к публике.)…это болото.

Э. – А ты уверен, что сегодня вечером?

В. – Что?

Э. – Нужно было ждать.

В. – Он сказал, в субботу. (Пауза.) Кажется.

Э. – После работы.

В. – Я где-то это записал. (Он ищет в карманах, битком набитых всяческим мусором.)

Э. – В какую субботу? И суббота ли сегодня? А может быть, воскресенье. Или понедельник. Или пятница.

В. – (Нервно оглядываясь вокруг, как если бы дата была написана на земле.) Это невозможно.

Э. – Или четверг.

В. – Что же делать?

Э. – Если он все же приходил и не застал нас вчера вечером, так сегодня уж точно не придет.

В. – Но ты говоришь, что мы вчера здесь были.

Э. – Может, я ошибаюсь. (Пауза.) Давай помолчим немного, хочешь?

В. – (слабо) Давай. (Эстрагон снова садится. Владимир нервно ходит по сцене, иногда останавливается и внимательно смотрит на линию горизонта. Эстрагон засыпает. Владимир останавливается перед Эстрагоном.) Гого… (Тишина.) Гого… (Тишина.) Гого!