Коронато. Синьор, я приличный человек, а этот мерзавец преследует меня.

Граф. Это все от ревности, от любви. Скажите, вы что, в самом деле влюблены в Джаннину?

Коронато. Да, синьор, и я даже хотел просить вашего покровительства.

Граф. Моего покровительства? (Важно.) Хорошо, там будет видно. А вы уверены, что она отвечает вам взаимностью?

Коронато. По правде говоря, мне кажется, что к тому негодяю она больше расположена, чем ко мне.

Граф. Значит, плохо ваше дело.

Коронато. Но мне дал слово ее брат.

Граф. Ну, на это вряд ли можно полагаться.

Коронато. Мораккьо твердо обещал мне ее руку.

Граф. Все это прекрасно, но нельзя же насильно заставить женщину выйти замуж.

Коронато. Брат вправе распоряжаться ее судьбой.

Граф (горячо). Неправда, брат не смеет ею распоряжаться.

Коронато. Но я рассчитываю на ваше покровительство.

Граф. О да, мое покровительство — вещь прекрасная и достойная. Разумеется, мое покровительство имеет силу. Но такой кавалер, как я, не может принуждать женщину, не может распоряжаться ее сердцем…

Коронато. Да ведь она простая крестьянка!

Граф. Что ж из того? Женщина всегда остается женщиной. Я различаю людей по положению, богатству, но выше всего чту женский пол.

Коронато (в сторону). Вижу, что его покровительство ничего не стоит.

Граф. Кстати, как дела с вином: достали хорошего?

Коронато. О, у меня есть превосходное, восхитительное, необыкновенно ароматное…