Внучки делают книксен и преподносят Кларе Цаханассьян красные розы.
Клара Цаханассьян. Они у вас милашки, поздравляю, бургомистр. Нате!
Клара Цаханассьян сует букет начальнику станции. Бургомистр тайком передает цилиндр священнику, который его надевает.
Бургомистр. Наш священник, сударыня.
Священник снимает цилиндр и кланяется.
Клара Цаханассьян. А-а, вы — священник? Значит, это вы отпускаете грехи умирающим?
Священник. (удивленно). Стараюсь по мере сил.
Клара Цаханассьян. А приговоренным к смерти?
Священник. (растерянно). В нашей стране смертная казнь отменена.
Клара Цаханассьян. Пожалуй, ее снова придется ввести.
Священник смущен. Возвращает бургомистру цилиндр, и тот его надевает.
Илл (смеясь). Ну и шутки у тебя, моя кошечка!
Клара Цаханассьян. Хватит, пора в город.
Бургомистр предлагает ей руку.
Вы что, в уме? Неужели я потащусь пешком в такую даль на чужой ноге?
Бургомистр (испуганно). Мигом! Мигом! У нашего врача есть машина. «Мерседес» тысяча девятьсот тридцать второго года.
Полицейский (щелкает каблуками). Будет исполнено, господин бургомистр. Машину я немедленно пригоню сюда.
Клара Цаханассьян. Отставить. После несчастного случая я передвигаюсь только в паланкине. Эй, Роби, Тоби, сюда!
Слева появляются двое громил, жующих резинку. Эти чудовища несут паланкин. У одного за спиной гитара.