Геро (отходя от нее)

Нет, он иной, Мой выбор: с легким сердцем, без тревог Дни проводить свои вблизи богини; Я безраздельно всю себя отдам Тому, что делом праведным считаю; Не по приказу, нет, по доброй воле! И счастьем этим я не поступлюсь! (С силой.)

Нет, никогда!

Раб

(стоит в глубине сцены на скамеечке и шарит в кустах оступившись) Ах!

Геро (оборачиваясь) Что там?

Мать

Ты не видишь? Они преследуют невинных горлиц, Вытряхивают из гнезда птенцов. Вот так же оторвать дитя людское От матери родной, забавы ради, Им ничего не стоит. Горе мне!

Геро Ты вся дрожишь…

Мать Свою судьбу я вижу.

Отец

(служителю, который кладет в корзинку гнездо с голубкой, сидящей на яйцах J Прочь унеси.

Геро

Остановись, отдай: Горюет мать.

(Отнимает у служителя корзинку; обращаясь к матери.) Гляди, цела голубка. Ну, что дрожишь ты, птаха?

(Гладит ее.)

Испугалась?

(Садится у подножия статуи на переднем плане, слева, держа корзинку в руках, и то поднимает ее вверх, словно побуждая голубку к полету, то внимательно разглядывает ее.)

Жрец

(служителю) Ты слышал мой приказ?

Служитель в свое оправдание указывает на Геро.

(Подойдя к Геро.)

Ужель тебе

Неведом наш обычай стародавний? Мать

(стоя на переднем плане, справа) Нет сил смотреть на зрелище такое!

Жрец

(обращаясь к матери) Поговорим с тобой! Зачем тревожишь Ты, слабодушная, нас в это утро? Чему дивишься? Ведь тебе известны Священные установленья наши. Селиться здесь запрещено пернатым. Под сенью рощи храмовой нельзя Ни голубю с голубкой ворковать, Ни вьющейся лозе сплетаться с вязом! Все существа, что парами живут, Не смеют пребывать в соседстве с храмом. Здесь властвует безбрачия закон, Предписанный и этой юной деве.