Роман: А, значит раздвоенная личность, шизофреник?

Ева: Да нет. Почему? Я просто разносторонняя личность, которая может делать одновременно многие вещи… Например, держать и быть задержанной.

Роман: Да, но кем ты себя больше ощущаешь? Тем кто держит или тем, кого держат?

Ева: Это уже вопрос психики человека, психологии, можно сказать.

Роман: Нет. Ошибаешься. Это вопрос философский.

Ева: Да. Но по крайней мере он точно не связан с экономикой и финансами.

Роман: Почему бы и нет… Философия — она ведь везде, в экономике, в финансах, в искусстве, в любви.

Ева: Кстати, точно так же как и психология.

Роман: Пожалуй да… Это как две руки человека. Одна из них — философия, другая — психология, и никак не поймешь, кто за кого держится.

Ева: Да и держится ли вообще… (Встает и идет к окну.) Тихий у вас здесь двор. Этим деревьям лет сто, наверное.

Роман (тоже встает и идет к окну): Да, и этому воробью, там на ветке, тоже наверное лет сто двадцать…

Ева поворачивается и быстро садится обратно на диван.

Ева: Я вот скажу тебе сейчас предложение, а ты попробуй представить его себе. Готов?

Роман: Готов.

Ева: Так… У окна стоит старый негр… Не смейся… Я серьезно говорю.

Роман: Не, не. Я не смеюсь, ты что… Всё представил. Старый негр у окна. Класс!

Ева: Теперь представь себе старого англичанина у окна. Представил?

Роман: Так точно!

Ева: Теперь — старый грузин стоит у окна… Ну что?

Роман: Не бойся, вижу! Давай следующего.