Жена (дрогнувшим голосом). Случилось… что-нибудь?

Врач (поворачивается, смотрит на них, с мягкой улыбкой, немного удивленно). Что?.. Нет, нет. Просто… надо кое-что сделать.

Небольшая пауза.

Любовница (не навязчиво, продолжая свою мысль)… признаком того, что… что-то ушло… что-то изменилось и… нет уже полной отдачи. Или хотя бы предупреждением, что это может вот-вот случиться.

Жена (с улыбкой). А, тогда я знаю, о чем вы говорите. Может быть, я не отдавала себе отчета, но… я это чувствовала.

Друг. Я тоже.

Жена (имеет в виду мужа). В нем?

Друг. Нет. В себе.

Жена (с легкой усмешкой). В себе?

Друг (улыбаясь). Да.

Жена (тоже улыбаясь). Как удивительно. (Задумывается.) Когда?

Друг (Жене). Чувствовал по отношению к моей жене, когда я колебался насчет развода, в то время, когда мы с тобой — как это говорится? — искали утешения друг у друга. В то тайное время, которое, боюсь, ни для кого не было тайной.

Любовница. Он ничего не знал. Я знала, но ему не говорила.

Жена (печально, с улыбкой). И говорить-то особенно было нечего.

Друг. Да, пожалуй что и нечего. Вернее, совсем немного; двух слов хватило бы. Это было, когда я решил не подавать на развод, перед тем как я… отвез ее в лечебницу. Каждый раз, когда она… то вырвала все розы и расцарапала себе руки в кровь, то… передушила голубей и зябликов… подожгла себе волосы… и после каждого такого поступка, достойного, я понимаю, жалости, но не осуждения, я отдалялся от нее, уходил в себя, закрывал какую-то часть своего я…