За окном - строится новый дом, кран туда-сюда что-то возит.

В репзале за столом сидит ВЕРА ИВАНОВНА. Поправляет прическу. Перед ней папка с бумагами. Напротив сидит и курит, кривя губы, НИНА СЕРГЕЕВНА, дышит тяжело, только вошла. У её ног два огромных чемодана.

Обоим дамам за шестьдесят, но они не распутёхи, обе чего-то с утра пораньше прихорошились. Нина Сергеевна вообще по-спортивному - в брюках, молодится. Вера Ивановна в темном платье с брошью, на плечах у нее изысканная сиреневая ажурная шаль.

Между Верой Ивановной и Ниной Сергеевной на столе стоит маленький переносной магнитофон.

НИНА СЕРГЕЕВНА (трясёт ногой). Только не надо, не надо, не надо передо мной изображать всё такое в каждом движении и в слове: «Я такая мудрая-премудрая, я прожила жизнь и – сейчас, сейчас, секундочку: я всех вас научу вот сейчас, как надо жить». Не надо. Не вопрос.

Пауза.

ВЕРА ИВАНОВНА. И не собиралась.

НИНА СЕРГЕЕВНА. Не вопрос. Не собирайся. Не надо, не надо.

ВЕРА ИВАНОВНА. Что в чемоданах?

НИНА СЕРГЕЕВНА. Не вопрос. Что надо.

ВЕРА ИВАНОВНА. Куда ты это припёрла? Переезжаешь? Что там?

НИНА СЕРГЕЕВНА. Не вопрос. Переезжаю. Сюда. В ваш гадюшник.

ВЕРА ИВАНОВНА. Он такой же мой, как и твой. Куда ты это припёрла?

НИНА СЕРГЕЕВНА (вдруг стукнула ладонью по столу так, что «бычки» в пепельнице подскочили). А куда девать барахло, которое нужно отнести на помойку?! Не вопрос куда – к вам, в театр!

Пауза.

ВЕРА ИВАНОВНА. Чего ты на меня орёшь? Ты чего-то не с той ноги, кума, пошла плясать.