Едят огурцы.

ДЕД. В этом году я газет не выписывал.

ИГОРЬ СЕРГЕЕВИЧ. Вот видите.

ТАМАРА. Вы же меня сами попросили. Не хотите, я не буду читать.

АНТОНИНА. Читайте, читайте. А то совсем со скуки помрем.

Зевает.

ИГОРЬ СЕРГЕЕВИЧ. Так! Давайте договоримся. Кто первый зевнет, с того штраф.

АНТОНИНА. Да что вы такой раздражительный, Игорь Сергеевич.

ТАМАРА. Игорь Сергеевич устал ждать. Мы, между прочим, все в одинаковом положении.

АНТОНИНА. Мужчинам всегда невтерпеж. Мужчины — не женщины.

ТАМАРА. Однако Филипп Семеныч находит мужество не хныкать. У вас великолепные огурцы, Филипп Семеныч.

ДЕД. Кушайте, кушайте.

ИГОРЬ СЕРГЕЕВИЧ. Замечательные огурцы. Только… где же я раздражаюсь. Я не раздражаюсь. Рядом с вами, Тамарочка, я раздражаться никак не могу, вы на меня умиротворяюще действуете. Но… поймите меня правильно, я человек поступка, действия. Ожидание — это не моя стихия… когда нас прицепят… Соль, будьте добры… К другому поезду… ждать….

ДЕД. Это вторые уже. Первые-то померзли. А вторые с пупырышками.

ИГОРЬ СЕРГЕЕВИЧ. Парниковые?

ДЕД. Еще как парниковые.

АНТОНИНА. Мы тут сами, как парниковые — в прицепном вагоне.

ДЕД. Солнышко сядет — прохладнее будет.

ИГОРЬ СЕРГЕЕВИЧ. Дочитайте, Тамарочка, не надо сердиться. У вас такой дивный голос.

ТАМАРА (читает). «…Выпуск цветных металлов в России продолжает снижаться. Но внутренний спрос падает еще быстрее, что способствует возрастанию экспортного капитала…»