Проходит, как сомнамбула, женщина в отрепьях, волосы закрывают ее лицо – она будто ищет кого-то. Уходит. По сцене нервно ходит учитель Троммель в костюме иезуита. Два стражника вводят молоденькую даму, в которой нетрудно узнать Приемщицу из химчистки.
Учитель. О боже! Что за вид! Нет, с этой страной все ясно! Все!
Приемщица (оправляя свой наряд). А чё? Нормально.
Учитель. Молчи, несчастная! Вы видели себя в зеркало?
Приемщица. А чё такого-то?
Учитель. О темпора, о морес! Вы что, спали в этом платье?
Приемщица. Как же, дадут они поспать! Часик, может, покимарила… (Осматривает себя.) Вообще шмотки были… (Смеется.)
Учитель. Я ничего не понимаю, что она говорит!.. Хорошо, ответьте мне, вы принимали вчера…
Приемщица. Я? Приняла, конечно, не скрываю! Кубков пять приняла.
Учитель. О боже! Я вас спрашиваю: кого принимали?
Приемщица (не слышит, смеется). Я, святой отец, вчера капустой была.
Учитель. Кем?
Приемщица. Капустой. Кудрявой. (Смеется.) Мы все были кто морковкой, кто капустой. А шут был зайчиком. Губерт. Для понта, конечно. Чтобы нас грызть.
Учитель. Что?
Приемщица. Вот так – рры! И – грызть!
Учитель. Не дышите на меня! О ужас!
Приемщица (смеется). И всех вином поливали из лейки!