Диего. Можете идти. Вы мне больше не нужны.

Педро. Вы – дьявол.

Диего. Нет. Просто я знаю людей.

Пауза.

Педро. Значит, я могу идти?

Диего. Да.

Педро. Куда?

Диего. Куда хотите?

Педро. Верховный суд арестует меня.

Диего. Но вы ведь как-никак убийца.

Пауза.

Педро. Выпьем. Потом я пойду.

Диего (недоверчиво). Вы хотите выпить?

Педро. Над городом поднимается новый день. За него и выпьем.

Режиссер. И что дальше?

Драматург. Мужчина, названный нами Педро, стоит перед своим двойником Диего, сидящим за столом, и смотрит на него. Затем садится, берет кувшин и разливает вино в стаканы.

Режиссер. Они пьют?

Драматург. Пьют. Оба. Диего долго смотрит на Педро испытующим взглядом. Глаза его словно два холодных камня на властном лице. Диего отнимает стакан от губ и – выпускает его из рук.

Звук разбивающегося стакана.

Драматург. Диего роняет голову на руки. Педро вскакивает. Свечи догорели, стены погрузились в темноту, только на полу и на столе блестят лужи вина. Двойник с усилием, тяжело дыша, выпрямляется и снова валится в кресло. Лицо такое же властное, тот же холод в гаснущем взоре. Педро бросается к умирающему и кричит ему в ухо. Утро все более властно и угрожающе заполоняет комнату.

Педро. Скажи мне правду.

Диего (медленно). Уже утро?

Педро. Ты слышишь меня.

Диего. Слышу. Я легко умираю.

Педро. Вы знали, что я убью вас? Знали?

Диего. Я же говорил вам…

Педро. Зачем было освобождать меня, раз знали?

Диего. Вредно знать правду.

Педро. Скажите, я хочу знать!

Диего. Я пришел в вашу камеру, чтобы умереть за вас. Но вы отказались взять на себя мою вину.

Педро (тихо). Да, я не взял вашу вину на себя.

Диего. Если бы вы сделали это, вы были бы свободны сейчас.

Педро. Свободен? Не понимаю.