Официант. Одну?

Федор. Зачем одну? Нас же двое.

Зоя. Мне не надо.

Федор. Радость моя… /Официанту. / Значит, севрюжка, помидорчики, табака… Сухое есть?

Официант. Можно попросить местное.

Федор. Бутылочку местного… Так. Тут вот у вас черешня и клубника.

Официант. Первая. Ранняя. Пока с базара через буфет. Через неделю будет дешевле.

Федор. Ну, будет — хорошо. А пока, будь другом, по два кило с собой.

Зоя. Ягоды не надо! Гурам, я вас очень прошу: ягод не надо, а вместо этого два салатика из огурцов.

Федор. Правильно. По пакету ягод и два салата из огурцов.

Зоя. Я просто не люблю фрукты…

Федор. Гурам! У меня друг есть, литовец — так вот у них пословица мудрая: в хорошей семье говорит один.

Официант. Значит, севрюжки две, помидоры, две, табака две, вино местное, клубника, черешня с собой и по желанию дамы салат из огурцов две.

Федор. /Зое/ И сырники еще, да?

Зоя. /мрачно/. Сырников не надо.

Федор. Не надо, так не надо. Слово женщины — закон.

Официант. Все будет, как в Париже, и даже немножко лучше, потому что там нет такой природы. /Отходит./

Зоя. /подавленно/. Если ты хочешь, чтобы я была спокойна… Я верю, что ты миллионер — но не надо мне это доказывать,

Федор. /удивленно/. Не понимаю. Я-то при чем? Пока мы живем на твои деньги.

Зоя. /не выдержав, улыбается/. Знаешь, я не ногу быть ни первой твоей женщиной, ни последней, ни, тем более, самой лучшей. Так пусть уж я буду самой выгодной.