— Это Мэтт Скаддер, Ким, — сказал я. — Звоню просто на всякий случай, узнать, не появлялся ли на горизонте ваш дружок.

— Нет, не появлялся. А почему вы спрашиваете?

— Думал, что смогу связаться с ним по тому номеру, что вы мне дали. Но он не перезвонил. Так что, наверное, придется завтра отправиться на поиски. Вы никому не говорили, что наняли меня?

— Никому. Ни слова.

— Прекрасно! И если увидитесь с ним раньше меня, старайтесь вести себя так, словно ничего не случилось. А если он позвонит и захочет встретиться, тут же сообщите мне.

— По номеру, который вы мне оставили?

— Именно. И еще постарайтесь заманить его к себе на квартиру. Но если не получится и он вызовет вас к себе, все равно идите и ничего не бойтесь.

Мы поболтали еще немного, причем я изо всех сил старался успокоить Ким, встревоженную поздним звонком. Что ж, теперь по крайней мере я знал, что это не ее убили в Вест-Сайде. Пока можно спать спокойно.

Я выключил свет, лег и постель, долго ворочался, но уснуть мне так и не удалось. Наконец я сдался, встал и снова взялся за газету. Конечно, лучший способ успокоиться — это выпить пару рюмок: и напряжение спадет, и можно быстро уснуть. Но я гнал эти мысли и сам себя уговаривал, что в это время, в четыре утра, все бары все равно закрыты, и хотя я знал, что работает еще один, ночной, на Одиннадцатой авеню, я все же пересилил себя.

Снова выключил свет, лег и стал думать об убитой проститутке, и раненом полицейском, и о той женщине, которую едва не переехал поезд. Но вся эта чернуха лишь утвердила меня в прямом умозаключении: только последний идиот останется трезвым, живя среди такого кошмара. С этой успокоительной мыслью я наконец уснул.