СЛАВА. Я ничего не знаю наверняка. Я пред-по-ла-га-ю. Я не могу знать. Безапелляционно можешь разговаривать у нас только ты. Я предполагаю. Потому что на птичьем рынке мне его продал один дядька…

ИРА. Пьяный?

СЛАВА. Выпивший.

ИРА. Правильно. Он, видно, украл черепаху у своего ребёнка. Ему на бутылку не хватало, вот он и украл. Господи!

СЛАВА. Да, он был выпивший! Но мне нужна была черепаха и я купил. Я не стал допытываться у него – он, она или оно продаётся! Согласись, смешно было бы мне на рынке проверять знания в биологии какого-то грязного мужика…

ИРА. В зоологии, образованный…

СЛАВА. Ну, в зоологии! Какое это теперь имеет значение?

ИРА встала, ходит по комнате, – то есть, по своей половине. СЛАВА – по своей. За окном – дома. Они как на ладошке расположились. В окнах свет горит.

ИРА. Зачем ты её купил?! Зачем?! Как мы теперь её с тобой будем делить?! Как?!

СЛАВА. Делить мы его – его! – не будем! Он – он мой. Я его – его! – купил на свои деньги!

ИРА. Деньги были общие! Общие!

СЛАВА. Ещё раз говорю тебе: я не отдам его! Он – мой!

ИРА. Ещё раз говорю тебе, это не он, а она – это раз…

СЛАВА. Хоть десять! Он!

ИРА. Она!

СЛАВА. С чего ты взяла? Откуда ты знаешь? Ну?!

ИРА. Потому что я чувствую!

СЛАВА. Что ты чувствуешь?

ИРА (помолчала). Я чувствую её одинокую, несчастную, неутолённую, бедную, оскорблённую душу! Женскую душу! Вот так. Её биополе подсказывает мне, что она – это она.

СЛАВА. Потрясающе! Нахваталась слов: «биополе»! Как чудовищно это звучит в твоих устах, привыкших к матерщине! Если бы ты только посмотрела, послушала бы себя со стороны! Противно! Ты ведь даже знать не знаешь, что такое «биополе»!

ИРА. Знаю!

СЛАВА. Не знаешь!

ИРА. Можно, я договорю?

СЛАВА. Всё понятно.

ИРА. Нет, я договорю.

СЛАВА. Всё понятно.

ИРА. Нет, я договорю. Итак, это во-первых. Во-вторых, я тебе её не отдам. Ты её замучаешь голодом! Она у тебя сдохнет сразу же! Тотчас же! К тому же твоё биополе отвратительно действует на всё живое, на всё, что ползает, растёт, цветёт, пахнет! Да!