ИРА (зло поёт). «А мне всегда чего-то не хватает, зимою лета! Зимою лета!!!» Тебе не по фигу, да! Тебе не до фени, да! Знаю, знаю, какой ты верующий! Знаю! Так иногда в креста в Господа Мать загнёшь, что стены дрожат, штукатурка валится! Знаю! Знаю я твою веру, креста Господа Мать! Знаю, во что ты веруешь! Интеллигенция! Голубая кровь! Вскрытие покажет, чему ты верил! Покажет!

СЛАВА. Какая ни на есть, но это моя вера! Отдай Библию! Положи книгу – она моя! Отдай!

ИРА. Господи, Господи! Услышь ты меня! Услышь! Долбани его чем-нибудь по башке, пришпандорь ты его чем-нибудь! Господи!

СЛАВА. Я сказал – отдай!

Топнул ногой, полки валятся, книги с полками тоже. Полный шурум-бурум, куча мала.

Внизу – СЛАВА. Барахтается под всем под этим. ИРА хохочет.

ИРА. Довыступался! Достучался ногами! Шмякнуло тебя не хило, надо сказать! Мужик называется! Дерьмо ты! Какой ты мужик – ты баба! Полки как следует прибить не можешь! Есть Бог на этом свете! Услышал он мои молитвы! Метит шельму Бог-то! Видит он всё! Есть! Есть Бог!!! (Ходит по комнате).

СЛАВА под кучей книг не шевелится.

Вылезай, дерьмо. И не спорь мне, не спорь. Библию мы покупали вместе. На Кузнецком мосту, много лет назад, у спекулянтов, только-только перестройка началась! Да! Половину тебе отдала потом, отдала, не надо! Из сорока двадцать – не надо. Идея твоя была, сказал: купим Библию, но денег – не надо. Половину я. Я! Да ты на неё только потому рот расшиперил, что у неё корешок золотой. Не надо. Тебе мебля, мебля всегда нужна была, а не книга, не внутренность, не содержание. Ну?! (Молчит).

СЛАВА не двигается. ИРА визжит.

Слава?! Слава?! Слава?! Жив?! Жив?! Цело?!! Цело?!!

СЛАВА выбирается из-под полок.

СЛАВА (встал). Стоять там. Не двигаться. И не ори. Три часа ночи. (Отряхнулся. Ходит по своей половине, собирает вещи. Весело). Хорошо, что упало. Всё равно книги заберу. И полки тоже мои. Тебе они не нужны. Толку, что в библиотеке работаешь. Не читаешь ведь умных книжек, нет. Потому что неграмотная. Так что – не ори.