СЛАВА. Не поняла ты ничего. Не поняла опять…
ИРА. Поняла… Ой, поняла…
СЛАВА. Я тебя жалею, я тебя люблю…
ИРА. Спасибо. Спасибо. Только не ври. Нет – не лги, как ты восклицаешь.
СЛАВА. Жалею и люблю, но не могу жить с тобой, понимаешь? Ведь я же сам себя убиваю, живя с тобой!
ИРА. Убиваешь?! Убиваешь?!
СЛАВА. Убиваю. Убиваю. Я стану старый, я тебя ненавидеть буду! Потому что всё время буду думать: она виновата во всём, она виновата в том, что я главное дело в жизни своей не сделал! А я – жалел её, не желал с нею расстаться, чтобы не сделать её плохо, чтобы быть вместе и вот – дождался! Принёс и ей горе, и себе… Да, да, да!
ИРА. Правильно. Лучше – расстаться. Жалеть меня – не надо. Не надо! Не надо! Где моя посуда?! (Снова моет посуду, плачет).
СЛАВА стоит молча. Идёт в комнату, собирает вещи.
СЛАВА. Ничего не поняла. Не хочет понять. Не может. (Кидает в чемодан всё подряд).
ИРА. Дура. Дура. Дура. Зачем я сделала это? Стыдно, как мне стыдно! Пришла к нему, упала в ноги, влюбилась, дура! (Гремит чашками). Успокаивала себя, что он полюбит меня, что я согрею его заботой, любовью и лаской, и он полюбит! Ведь меня нельзя не полюбить, ведь я несчастная! Ведь он же прекрасно знал как Санёк, мой первый муж, бил меня ногами в живот, бил каждый день, алкоголик проклятый! Я теперь ничего не могу сделать! Я прописалась в больницах! Я хожу туда каждый день! Со мной уже все там здороваются! Не будет у меня детей, сказали мне, не будет и не надейся, сказали, ну?! Что я могу сделать?! А он из жалости, оказывается, на мне женился, оказывается, поблагородствовать захотелось! Он ведь всё делает, чтоб красивше было, чтоб ему в позе красивше стоять! Стоит в позе, Вася Лановой, тварь такая!
СЛАВА (кричит). Я не Вася! Я не стою в позе! Я не Вася Лановой! Я любил и люблю тебя! Но больше так жить не могу! Не могу, сил нет!
ИРА. Да ясно, ясно! Пофилантропствовал и будя. Да я давно, давно, ещё лет пять назад заметила в глазах у тебя: как спать ложиться – ляжет и задумается, зевать начинает! Я сразу тогда поняла, сразу: ненавидит меня!!!