Вы сами повелели, Чтоб только с наступленьем темноты…

Король

Мне кажется, что было бы разумней Их вывести еще при свете дня. Ведь ты не трус.

Гарцеран

Вы верите, надеюсь… Король

Я верю в то, что чтишь ты короля И не обидишь тех, к кому он добр. Поэтому идите тотчас… Кстати, Здорова ль подопечная твоя?

Гарцеран

Сначала были слезы без предела, Но, как известно, время — лучший врач. Как только первый миновал испуг, Вновь возвратились живость и веселье: Залюбовалась утварью роскошной, Затем дивилась на парчу обоев,

Оценивала занавесей шелк И, наконец, утешилась как будто.

Король

А что, она по дому не тоскует?

Гарцеран

И да и нет. Ответить не берусь: Ведь легкомыслие не любит грусти.

Король

А как она любезности встречает? Ведь, полагаю, ты не скуп на них.

Гарцеран

Совсем недурно, государь.

Король

Ты лжешь!.. А ведь по сути дела ты — счастливец! Паришь, как птица, средь родных зефиров И, ягоду заметив, к ней слетаешь, И не опустишь глаз под взором женским. А я — король. Слова мои страшат. Но сам бы я, наверно, оробел, Наедине с красоткою оставшись. Как приступать? Ты б просветил меня Ведь я же новичок, большой ребенок, Не искушенный в этаких делах. Со вздохов, что ли, начинать?

Гарцеран

Да что вы!

Нет, это устарело, государь!

Король

Тогда, быть может, делать томный в. юр, Как гусаку, ждать отклика гусыш:? Иль я неправ?.. Потом берется лютня, Поется на балконе серенада, Меж тем как бледноликая луна

Тебе в затылок смотрит, точно сводня. Во мгле шуршат дурманные цветы. И вот она- заветная минута: Отец иль брат, иль даже сам супруг Покинул дом, и верная дуэнья Знак подает: таинственное «тсс!..» И — в доме ты. Горячая рука Берет твою. Ведет по галереям, Которые темны, как склеп могильный, А бесконечность их растит желанье.