ТАТЬЯНА. Неправда! Специально наговариваете на Лёню… Отпустите его! Он мой! Сильно любите — отпустите! Ради его счастья. Только со мной он будет счастлив по — настоящему!

ЕЛЕНА. Его никто не держит. Спроси, намерен, оставить меня? Наивная, ты, девочка! Сумел Ленька заморочить тебе головку!

ТАТЬЯНА. (Пытается скрыть слезы, это не удается и она плачет). Я пойду.

ЕЛЕНА. Иди, дорогая, спасибо мне еще скажешь. (Татьяна выходит). Бедная девочка!.. А я…

Снова на миг гаснет свет, сверкает молния. Вытирая слёзы, из воспоминания Елена возвращается к сегодняшнему Леониду.

ЕЛЕНА. Не знаю, какой разговор состоялся у вас после её визита. Позже узнала, бедная девушка наложила на себя руки. Соблазнил романтическую особу! Не перенесла разочарования. Искренне ее жаль.

ЛЕОНИД. (Удивлен). Татьяна наложила руки? Правда? (Не сразу поверил жене). Ты толкнула на самоубийство! На твоей совести её смерть. Я ведь не знал о вашей встрече. Расскажи о её визите, вместе образумили бы…. Считал, умерла от какой-то скоротечной болезни. Так объяснила её мама.

ЕЛЕНА. За свою вину я понесла наказание. А ты сходи к матери и вымоли прощение. (Помолчав).

Еще история, едва не закончившаяся, по твоей вине, трагически. Вспомни школьную любовь, Светлану. Задолго до Татьяны пыталась покончить с собой. Едва спасли.

ЛЕОНИД. Зачем только рассказал! Она оставила меня, будет тебе известно!

ЕЛЕНА. Ну, циник! После чего оставила, порезала вены? Не всё рассказал!

ЛЕОНИД. Мы даже не были близки. (Помолчал и решился). Хочешь полной правды — расскажу! Теперь уж настоящим подонком буду выглядеть. — Мать её во всем виновата. Соблазнила меня — пацана, когда еще не знал женщину.

ЕЛЕНА. Тебе, шестнадцатилетнему мальчишке, мать любимой не показалась старухой? Или ослеп, распалившись плотью?

ЛЕОНИД. Старуха? Видела бы старуху! Да она привлекательнее дочери выглядела! Светка — длинная худая дылда, ни бюста, ни фигуры, девчонка — подросток.