Базарин: А что тут такого? Два часа ночи.

Кирсанов: Ну и что же, что два часа ночи? Где это ты слышал, чтобы метроном по радио передавали в мирное время?

Базарин: А что, разве не полагается? Я, честно говоря, трансляцию и не включаю никогда...

Кирсанов: Я, честно говоря, тоже никогда не включаю... Может быть, так оно и должно быть, но когда я эту хренацию слышу, я сразу же блокаду вспоминаю... Ну его к черту! (Выключает репродуктор.) Испортили все-таки настроение, подонки... Так хорошо сидели...

Базарин: Зоя Сергеевна, можно, я еще одну штучку выкурю?

Зоя Сергеевна (рассеяно): Курите.

Кирсанов: Дай-ка и мне, пожалуй, тоже...

Базарин (укоризненно): Станислав!

Кирсанов: Ничего, ничего, давай... Сегодня можно. Гляди, как руки трясутся, смех и грех, ей-богу!

Базарин: Ты бы лучше корвалол выпил, чем закуривать.

Кирсанов (закуривает от свечи): Нет, но как тебе это нравится! Богача отыскали!.. Только ты мне не говори, что это чьи-то шутки. За такие шутки сажать надо! За такие шутки я бы...

Зоя Сергеевна (прерывает его): Позвони Сенатору.

Кирсанов: Что?

Зоя Сергеевна: Позвони Евдокимову.

Кирсанов: Да ты что - сдурела? Лапочка!

Зоя Сергеевна: Позвони Сенатору, я тебя прошу.

Кирсанов (тыча пальцем в сторону телевизора): Он же на сессии сейчас сидит!

Зоя Сергеевна: Он должен был сегодня прилететь, мне Анюта говорила. Позвони, прошу тебя!

Кирсанов (нервно): И не подумаю. Стану я среди ночи беспокоить человека из-за какой-то дурацкой ерунды!

Базарин: Да, Зоя Сергеевна, тут вы, знаете ли... В самом деле - неловко. Конечно, это очень удобно - иметь среди своих добрых знакомых члена Верховного Совета, но, согласитесь, что это все-таки не тот случай...