Анжелика. Окажите мне эту милость!

Жорж Данден. Довольно разговоров! Я непреклонен.

Анжелика. Будьте великодушны!

Жорж Данден. Нет!

Анжелика. Ради бога!

Жорж Данден. Ни за что.

Анжелика. Заклинаю вас!

Жорж Данден. Нет, нет, нет! Я хочу, чтобы все поняли, кто вы такая, я хочу опозорить вас перед всеми.

Анжелика. Ну, что ж, если вы доводите меня до отчаяния, то я вас предупреждаю, что женщина в таком состоянии способна на все. Сейчас я над собой что-нибудь сделаю. Спохватитесь, да поздно будет.

Жорж Данден. Что же именно вы сделаете, позвольте узнать?

Анжелика. Я могу в исступлении решиться на крайнее средство, я могу убить себя на месте вот этим ножом.

Жорж Данден. Ха-ха! В добрый час!

Анжелика. Для вас это будет час не такой уже добрый. Все кругом знают о наших ссорах, знают, что вы давным-давно точите на меня зуб. Если меня найдут мертвой, то ни у кого не будет сомнения, что меня убили вы, а мои родители, конечно, так этого не оставят: они обрушат на вас все кары, которые только могут изобрести правосудие и лютый их гнев. Вот когда я вам отплачу! Многие женщины еще до меня прибегали к такому роду мщения и не колеблясь кончали с собой, чтобы погубить тех, чья жестокость доводит нас до последней крайности.

Жорж Данден. Сделайте одолжение! Теперь никто себя не убивает, эта мода давно прошла.

Анжелика. Можете быть уверены, что я это сделаю. И если вы наотрез мне откажете, если вы не отопрете мне дверь, клянусь, я сию же минуту покажу вам, на что способна женщина, доведенная до отчаяния.

Жорж Данден. Пустяки, пустяки! Вы просто хотите меня запугать.

Анжелика. Ну, что ж! Если так, - вот что нас рассудит и покажет, шутила ли я. (Делает вид, что убивает себя.) А! Кончено! Дай бог, чтобы смерть моя была отомщена так, как я того желаю, и чтобы виновник получил справедливое возмездие за свою жестокость!