Дурак. Ну же! Расскажи о битве.

Слепец. Битва и вправду была, великая битва, смертельная битва. Высадился на берегу юноша, и стражи спросили, как его зовут, но он не ответил им, убил одного, а остальные убежали.

Дурак. Хватит тебе. Пора есть курицу. Вот бы она была побольше. С гуся хотя бы.

Слепец. Помолчи! Я еще не все тебе рассказал. Того юношу я знаю. Воины, которые шли мимо меня, кричали, что у него рыжие волосы, и он приплыл из страны Айфе, и что он хочет убить Кухулина.

Дурак.

Да кому же это под силу? (Поет.) Убивал Кухулин королей, Королей и сынов королей, И драконов, живущих в озерах, И ведьм, летающих в небе, И банаков, и бонаков, и лесных людей.

Слепец. Замолчи! Замолчи!

Дурак (поет).

Ведьм, крадущих молоко, Фоморов, крадущих детей, Колдуний с головами зайцев, Зайцев с когтями колдуний, Всех Кухулин убивал, Всех, кто на палке скачет верхом

(Перестает петь.) В дальнем краю черного ледяного Севера.

Слепец. Замолчи, говорю тебе!

Дурак. А Кухулин знает, что он хочет его убить?

Слепец. Откуда ему знать, если он витает в облаках? Что ему здешние дела. Ну, вернется он с облаков, а тут кто? Обыкновенный юнец? Вот была бы это белая лань, которой на заре предстоит обернуться королевой...

Дурак. Хочу курицу. Была бы она большая, как свинья, да с гусиным жиром, да со свиной корочкой.

Слепец. Не спеши, не спеши. Я знаю, кому юнец приходится сыном. Никому об этом не скажу, а тебе скажу. Такая тайна стоит обеда. Ты же любишь, когда тебе рассказывают чужие тайны.

Дурак. Ну, выкладывай.

Слепец. Этот юноша - сын Айфе. Уверен, он - сын Айфе, я сразу догадался, чей он сын. Помнишь, как я рассказывал тебе об Айфе, великой женщине-воительнице с Севера, которую победил Кухулин?