Картина вторая

Общая камера тюрьмы, в которой находятся красноармейцы. Оборванные, обросшие, исхудалые, они лежат на нарах. За маленьким окошком зимний погожий день. Солнце, голубое небо. Зямка стоит у окошка и поет. Последние две строки песни подхватывает хор.

Зямка (поет).

Орленок, орленок — могучая птица, Лети ты в далекий мой край, Там мама-старушка по сыну томится, Родимой привет передай! Орленок, орленок — могучая птица, К, востоку стреми свой полет, Взлети над Москвою, над красной столицей, Где Ленин любимый живет! Орленок, орленок, ему расскажи ты Про наших врагов, про тюрьму; Скажи, что в плену мы, но мы не разбиты И нас не сломить никому.

Запалка. Ладную песню Зямка сложил. Слова больно хороши… за сердце берут… (Подходит к окну.) А на воле, видать, теплынь…. И небо-то какое синее! Месяц не пройдет, — весна. Эх, хорошо по весне в поле!.. Выйдешь утречком, — земля набухшая, дух от нее… А пройдешься по ней плугом, так она, словно вот ребенок, которого по головке погладили… радуется… Да… если бы только знать, долго ли нам еще жить здесь?

Казимир. Сто лет. Не меньше. Никто же не знает, куда мы делись. Думать надо, ребята! Может, что и надумаем.

Микола. Кабы знали… Кабы знали, так давно бы нас всех обменяли. За каждого красноармейца по два легионера отдали бы.

Зямка. По два… А трех не хочешь? Трех легионеров за одного нашего. Больше они не стоят.

Запалка. Трех? Нехай — трех… Я вот не пойму только, как же это обмен происходит?



14 из 64