Молодой человек лежал на носилках, его руки были скрещены на груди. Изабелла отвела взгляд, но успела рассмотреть лицо пострадавшего. Она заметила нимб из растрепанных темных волос и тонкие черты лица, которое не было повреждено. Такой красивый, подумала она, и все для него кончено. Она закрыла глаза. Изабелла чувствовала себя опустошенной. Ведь этого бедного молодого человека кто-то любит — кто-то, для кого рухнет весь мир сегодня вечером, как только сообщат ужасную новость. Вся любовь, все надежды на будущее кончились в одну секунду — падением с галерки.

Она повернулась к Дженнифер.

— Я быстренько сбегаю наверх, — сказала она, понизив голос. — Скажи им, что мы видели. Скажи, что я вернусь через минуту.

Дженнифер кивнула и огляделась, чтобы понять, кто занимается этим делом. Вокруг царила полная неразбериха. Какая-то женщина рыдала — одна из тех, кто, вероятно, стоял в партере, когда произошла трагедия. Ее утешал высокий мужчина в смокинге.

Изабелла направилась к одной из лестниц, ведущих на галерку. Чувствуя себя неуверенно, она огляделась, но вокруг никого не было. Одолев последние несколько ступенек, она прошла через сводчатый проход, который вел к рядам кресел, круто спускавшимся вниз. Здесь было тихо. Декоративные стеклянные светильники свисали с потолка, свет в них был приглушен. Она посмотрела вниз, на барьер, через который перелетел мальчик. Люди внизу собрались прямо под тем местом, откуда он упал. Таким образом, у нее была возможность вычислить, где он стоял перед падением.

Изабелла направилась к перилам и прошла вдоль переднего ряда кресел. Здесь был латунный барьер, через который он, должно быть, перегнулся; на полу лежала программка. Изабелла нагнулась и подняла ее. Она заметила, что программка слегка надорвана, но это было все, что ей удалось обнаружить. Она положила программку на то же место, где и нашла ее. Затем перегнулась через барьер и посмотрела вниз. Наверное, молодой человек сидел здесь, в самом конце ряда, — там, где бельэтаж примыкал к стене. Если бы он находился ближе к середине, то приземлился бы в бельэтаже. Только с конца ряда можно было упасть прямо в партер.