Милославский. Гражданин профессор, не расстраивайтесь, за вас выйдет любая! Вы плюньте, что она вас бросила!

Бунша. Я уж ее выписал.

Милославский (Бунше). Тьфу на вас!… Без отдыха пирует Иван Васильич

Грозный… Ах, какое изобретение! (Стучит по стенке.) Поднял – вошел, вышел – закрыл! Ах ты, боже мой!…

Тимофеев. У меня дрожат руки… я не могу терпеть… Хотите, проникнем в прошлое?… Хотите, увидим древнюю Москву?… Неужели вам не страшно? Вы не волнуетесь?

Бунша. Николай Иванович! Одумайтесь, прежде чем такие опыты в жакте делать!

Милославский. Если ты еще раз вмешаешься в опыт гражданина академика, я тебя! Что это за наказание? (Тимофееву.) Валяйте!

Тимофеев жмет кнопки у аппарата. Звон. Тьма. Внезапно возникает палата Иоанна Грозного. Иоанн, с посохом, в царском одеянии, сидит в кресле, а перед Иоанном, примостившись у стола, пишет Дьяк. На плечах у Иоанна наброшена поверх одеяния опричнинская ряса. Слышится далекое церковное пение, колокольный мягкий звон.

Иоанн (диктует)…И руководителю…

Дьяк (пишет)…И руководителю…

Иоанн. К пренебесному селению преподобному игумну Козьме…

Дьяк…Козьме…

Иоанн…Царь и великий князь Иван Васильевич всея Руси…

Дьяк…Всея Руси…

Иоанн…Челом бьет.

Тимофеев. О боже! Смотрите! Да ведь это Иоанн!…

Милославский. Елки-палки!…

Иоанн и Дьяк поворачивают головы, услышав голоса. Дьяк вскрикивает и убегает из палаты. Иоанн вскакивает, крестится.

Иоанн. Сгинь! Пропади! Увы мне, грешному!… Горе мне, окаянному! Скверному душегубцу, ох!… Сгинь! (Ища выхода, в исступлении бросается в комнату Тимофеева, крестит стены, мечется, бежит в переднюю, скрывается.)

Тимофеев. Это Иоанн Грозный! Куда вы?… Стойте!… Боже мой, его увидят!… Держите его! (Убегает вслед за Иоанном.)

Бунша бросается к телефону.

Милославский. Ты куда звонить собрался?!

Бунша. В милицию!