Ну-с, начнем… (Взламывает шкаф, вынимаеткостюм.) Шевиот… О!… (Снимает свой, завязывает в газету, надевает костюм Шпака.) Как на меня шит… (Взламывает письменный стол, берет часы с цепочкой, кладет в карман портсигар.) За три года, что я не был в Москве, как они все вещами пообзавелись! Приятно работать. Прекрасный патефон… И шляпа… Мой номер. Приятный день!… Фу, устал! (Взламывает буфет, достает водку, закуску, выпивает.) На чем это он водку настаивает? Прелестная водка!… Нет, это не полынь… А уютно у него в комнате… Он и почитать любит… (Берет книгу, читает.) "Без отдыха пирует с дружиной удалой Иван Васильич Грозный под матушкой Москвой… Ковшами золотыми столов блистает ряд, разгульные за ними опричники сидят…" Славное стихотворение! Красивое стихотворение!… "Да здравствуют тиуны, опричники мои! Вы ж громче бейте в струны, баяны-соловьи…" Мне нравится это стихотворение. (По телефону.) Отдел междугородних перевозок. Мерси. Добавочный пятьсот один… Мерси. Товарища Шпака.Мерси. Товарищ Шпак? Это я опять… Скажите, на чем вы водку настаиваете?… Моя фамилия таинственная… Из Большого театра… А какой вам сюрприз сегодня выйдет!… "Без отдыха пирует с дружиной удалой Иван Васильич Грозный под матушкой Москвой…" (Кладет трубку.) Страшно удивляется. (Выпивает.) "Ковшами золотыми столов блистает ряд…"

Комната Шпака погружается в тьму, а в комнату Тимофеева набирается свет. Аппарат теперь чаще дает певучие звуки, и время от времени вокруг аппарата меняется освещение.

Тимофеев. Светится. Светится! Это иное дело…

Парадная дверь открывается, и входит Бунша. Первым долгом обращает свое внимание на радиоаппарат.

Бунша. Неимоверные усилия я затрачиваю на то, чтобы вносить культуру в наш дом. Я его радиофицировал, но они упорно не пользуются радио. (Тычет вилкой в штепсель, но аппарат молчит.) Антракт. (Стучит в дверь Тимофеева.)

Тимофеев. А, кто там, войдите… чтоб вам провалиться!…

Бунша входит.

Этого не хватало!…

Бунша. Это я, Николай Иванович.